Valya (valentina_ak) wrote,
Valya
valentina_ak

Приют

Когда-то в маленьком северном городке был приют. Иногда его называли детдомом, какой статус у него был в официальных документах – не знаю, привычнее было слышать и говорить, что это приют. На тот момент, когда областные власти объявили о предстоящей ликвидации данного учреждения, в нём проживало 16 детей.

Пару раз я там бывала, приют находился на первом этаже того здания, где я работала. Ни по его интерьеру, ни по внешнему виду приютских ребят нельзя было сделать вывод, что приют бедствует или там что-то «не так».

А он и не бедствовал. Кроме полагающегося ему содержания из бюджета, приют нередко получал спонсорскую помощь от нефтяных СП, которые в 90-е годы появились в городе.

В комнатах стояла приличная мебель; на полу лежали ковры и паласы; бытовая техника, подаренная канадцами, была современной. Имелись даже компьютеры, что в конце 90-х в семьях ещё не было повально распространено. Тем более, в тех семьях, где родители были лишены родительских прав, и из которых дети как раз и попадали в приют.

Ребята учились в обычной школе, занимались в секциях и кружках, одеты были по сезону, впечатления голодных не производили. И запахи из их кухни, что к нам проникали, были весьма аппетитными.

И даже главный аргумент областных властей в пользу ликвидации учреждения – оно обходится слишком дорого бюджету, там на 16 детей  48 человек персонала! – говорил о том, что дети присмотрены во всех отношениях.

Было ли воровство в приюте, когда, что называется, обкрадывают детей? Вполне возможно и скорее всего - да. Но явных признаков этого не было.

День ликвидации был назначен, до него оставалось какое-то время. Кажется, месяц. Или два. Детей предполагалось разместить по разным региональным детским учреждениям (домам ребёнка, детдомам – в соответствии с возрастом), где имелись места. Приютские дети сильно приуныли. Никто точно не знал, кто куда попадёт, и будут ли разлучать братьев-сестёр, пугали себя и друг друга худшими вариантами.

Но проблема мгновенно попала в поле зрения местных журналистов, и они начали отчаянную кампанию. Нет, не за сохранение приюта. Они в каждом газетном номере обращались к жителям города, уговаривая людей – тех, кто в состоянии материально и физически и кому позволяют жилищные условия – взять кого-нибудь из приюта в семью под опеку. Не усыновлять, «просто» под опеку. Доходчиво объясняли, что ждёт детей в противном случае.
Рассказывали конкретно о каждом ребёнке.

И получилось, успели. Насколько я помню, никого из этих 16 не пришлось никуда отправлять, все оказались в семьях. Потом, конечно, не раз отправляли, других, ведь этот конвейер (неблагополучная семья – лишение родительских прав – детдом) работает у нас без сбоев независимо ни от чего.

А незадолго до того, как было объявлено о ликвидации, я шла как-то с работы, и впереди меня шла детдомовская девочка лет 12-13 с весьма замызганным типом – как сразу стало ясно, отцом. Девочка строго говорила ему: «Обязательно почисти костюм щёткой и погладь. Попроси утюг у соседки. Ботинки помой от грязи. Рубашку постирай и сам помойся! Постригись. Приди сюда (кивнула в сторону нашего общего здания), здесь учат на парикмахеров и стригут бесплатно. Почисти зубы. Слышишь? Если ты будешь в таком виде, с тобой никто разговаривать не станет!» Потом девочка понизила голос, я слышала только отдельные слова, но поняла – она велит отцу сходить в соцзащиту и сказать там (соврать), что он уже бросил пить и нашёл работу. Отец на все указания дочери согласно кивает, молча.
«И три дня чтоб ни капли не пил, слышишь?! Чтоб никакого запаха не было! Иначе нас тебе не отдадут, ни за что не отдадут!»

Каковы были дальнейшие инструкции – не знаю, я свернула в свой квартал. Подумала – это ведь дочкина инициатива, не папина, она сама разработала этот хитрый план по возвращению домой. И она прекрасно понимает, что дома не будет ни компьютера, ни телевизора… И уже не будет ни занятий танцами, ни секций, ни бассейна изредка – потому что за всё надо платить, а денег тоже не будет. Понимает, что из одежды они с сестрой или с братом быстро вырастут, и возникнет проблема, что надеть, а главной проблемой будет – что поесть, хотя бы раз в день. Но она всё равно надеется, что её хитрый план сработает, что отец не подведёт: сможет три дня не пить и приведёт себя в порядок, и они с братом или сестрой окажутся дома!

Сработал ли план, вернулись ли дети к отцу или оказались в другой семье – мне неизвестно.

Скоро, судя по всем, должен появиться указ президента РФ об изменении порядка поддержки детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей. У меня не хватает фантазии представить такие меры поддержки, которые могли бы сделать счастливыми детей в приютах и в детдомах. А шансов оказаться в семье у этих детей, особенно у больных, сильно поубавится в связи с принятием известного «закона».

Tags: дети, приют
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments