Valya (valentina_ak) wrote,
Valya
valentina_ak

Categories:

Держаться вместе

Двенадцать лет назад мы кое с кем здесь начали тесно общаться, а чьи-то по-детски бесхитростные предложения "дружить домами" поддержаны нами не были. Мы, конечно, не говорили: "Нет, мы не хотим с вами дружить!" - просто особо не сближались, сохраняли дистанцию.

В числе вторых была и семья, приехавшая сюда с севера Восточной Сибири ещё в советские времена, И.М. и её муж Г.М. Они, предлагая дружить, уточнили, что "нам, северянам, надо держаться вместе". Это у меня сразу же вызвало не высказанный "в лоб" вопрос: а почему, собственно?..

Недавно знакомый грузин из соседней деревни сказал примерно то же самое, только более конкретно: "Мы, приезжие, должны помогать друг другу, потому что местные не помогут". Я согласна с тем, чтоб помогать друг другу, но пыталась его убедить, что он ошибается насчёт местных. Он с семьей живёт в Л-ново уже десять лет, а приехали из Оренбургской области.

И тогда, двенадцать лет назад, я постаралась выяснить у И.М., что её не устраивает в местных. Она сказала, что здесь люди "хуже", чем на севере. "Мы через неделю после приезда попали в ДТП. Весна, надо огород сажать, а у меня рука в гипсе, у Г. - нога. И только соседка, Римма, пришла и предложила помощь. Помогала нам, сколько требовалось. Если б такое случилось на севере, где мы жили, то весь посёлок сбежался бы помогать".
Может, и сбежался бы, не знаю... Но я всё же настаивала на том, что люди тут - как везде. Есть хорошие, есть плохие. Хороших больше, плохие заметней.

Нина Б., наша горемычная соседка, вообще без конца твердит: "Люди плохии-ии-е!" Каждый раз пытаюсь её переубедить. Сделать это трудно, потому что  некой Л., которая про всех говорит только нехорошее, Нина верит охотней.
В случае каких-нибудь проблем Нина с Гошкой идут не к Л., а к нам или к главе администрации, однако же в их картину мира - в картину враждебного по определению мира, где все желают им зла, где "все обрадуются, если мы сдохнем" - укладываются не мои "положительные характеристики", а придуманные Л. пакости про односельчан. Иногда Гошка, уходя куда-нибудь, наставляет мать: "Закройся в избе и никому не открывай!" Понятное дело, зачем врагов в дом пускать?

Ну, Нина и Гошка - ладно, Гошка закончил коррекционную школу, имеет определённые ментальные проблемы, а Нина даже читать и считать так и не научилась, хотя лет пять ходила в первый класс. А от  И.М. - человека с высшим образованием - как-то странно было слышать суждения, в чём-то напоминающие страхи больного неразвитого сознания.

Первое время я поддерживала контакты с И.М., однако, следуя собственному правилу - "не выдавать векселей, по которым нечем будет платить" - за год я свела наше общение к нулю.
Тут вот в чём дело. В любой беседе буквально через 15-20 минут И.М. перескакивала на свою любимую тему: ностальгию по советско-коммунистическому прошлому. Но с этим, как говорится, не ко мне.  Был случай, когда человеку, который настойчиво повторял: "Валя, ну ты вспомни, вспомни, как мы хорошо жили!" - мне пришлось сказать: "Я помню, как вы хорошо жили". В общем, эти ностальгические чувства я не разделяю ни в малейшей степени. О чём и сказала открытым текстом, не вводя людей в заблуждение.

Специально встречаться перестали, а случайные встречи в нашей деревне минимизированы её планировкой: нам без дела незачем ходить по их улице, им - по нашей, в центр идём разными дорогами. Возможны встрече в центре, особенно на рынке в базарный день, но тут уж как получится. Вот и получилось, что больше двух лет мы вообще не пересекались.
Потом как-то всё же встретились случайно, в поликлинике. Я ходила на лечение после аварии. И.М. растерянно сказала: "Ой, а мы и не знали, что вы в аварию попали..."
Конечно, не знали, мы же не обзванивали всех вокруг. Ближайшие соседи знали. Адольф помог Василию собрать и занести мебель в спальню, где мы поменяли ковролин. Я не могла ни поднять что-нибудь, ни наклониться. В саду Василий справлялся сам.

И потом опять я не видела И.М., на этот раз - очень долго. Но случайные встречи - дело такое: то пусто, то густо. В один из апрельских дней буквально столкнулись на рынке.
- Как дела?
- Плохо... Уже третий год как я осталась одна...
Мы не знали, что Г. умер. Это в кино да книжках в деревне всё и все на виду, а в реальной жизни не так. Конечно, если б жили на одной улице, то знали бы...
Постояли минут десять.
С того дня каждый раз, выходя в центр, я встречаю И.М. Она уже не говорит, что северянам надо держаться вместе, не предлагает "дружить домами", но по её вопросам, по разговору вижу, что ей этого очень-очень хочется. А я не могу, потому что не хочу ни спорить, ни поддакивать на её любимую тему советско-коммунистического прошлого, на которую - я не сомневаюсь - она по-прежнему будет соскальзывать.
Василий говорит: "А вдруг она изменилась?" Думаю, если и изменилась, то не в главном. Поэтому - не могу. Хотя понимаю, как ей одиноко.
Tags: жители деревни, о людях
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments